Николай Лимов ("Известия.kz")      В последние годы объемы потребительского кредитования в Казахстане росли как на дрожжах. С расширением этого рынка и увеличением клиентской базы росли и объемы просроченной задолженности. Процесс вполне объективный – конкуренция в банковском секторе высока, и поэтому если в долг не дашь ты, то это сделает твой соперник. В борьбе за своего клиента банки шли на максимальное упрощение получения займа. В итоге многие люди, соблазнившись чуть ли не навязанными финансовыми институтами «доступными» деньгами, оказались неспособны их вернуть. Кто-то и не думал это делать изначально, а кто­то столкнулся с непредвиденными жизненными обстоятельствами, поставившими его на грань финансовой пропасти…      Зарекаться от того, что не окажешься в числе проблемных заемщиков, не стоит, пожалуй, никому – даже самому исполнительному и обеспеченному человеку. Обстоятельства, как известно, разными бывают…      Увеличение объема проблемных задолженностей вынуждает банки и микрокредитные организации все чаще обращаться за помощью к профессионалам по возврату долгов – коллекторским агентствам. Если на Западе это уже давно принятая практика, то в Казахстане первая специализированная компания по возврату просроченной задолженности появилась лишь в 2005 году. Рынок коллекторских услуг в республике молодой и, по словам самих коллекторов, довольно перспективный. Об основных принципах работы этих организаций мы сегодня и поговорим.      Но для начала небольшая затравка. Найти людей, которые бы захотели поговорить о своем бизнесе, оказалось не просто. Среди компаний, небольшой список которых мне предоставил один из банков, в двух никто не брал трубку, телефон третьей фирмы, занимающейся «выколачиванием» денежных средств из должников, оказался и вовсе отключен за неуплату (сапожник без сапог). В следующей записали мои данные и пообещали позвонить в ближайшем будущем (судя по отсутствию звонка, оно еще не наступило), и лишь в пятой пригласили на беседу. И это было моим спасением, поскольку на этой фирме список заканчивался.            Две стороны одной медали      - В нашей компании слова «выколачивание» и «выбивание» запрещены, – осадил меня Сергей Ким, управляющий директор «Бюро по работе с должниками» (БРД), когда я с места в карьер начал разговор о возврате долгов. – Эти слова несут негативную нагрузку. Мы из людей деньги не выбиваем, а взыскиваем с них задолженность, то есть те деньги, которые они действительно кому-то должны.      Ну что ж, памятуя о том, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, подчиняюсь принятым здесь правилам.      По подсчетам Сергея, на рынке Казахстана присутствует 12 компаний, занимающихся коллекторской деятельностью. Имеющих республиканское значение – семь, оставшиеся работают, не выходя за границы своих регионов. Компания, в которой работает г­н Ким, одна из крупнейших и старейших (если, конечно, так можно сказать о фирме, проработавшей пока всего три года) в республике. Любопытно, что в бизнес-планах БРД и ряда других агентств было заложено расширение своей деятельности и на другие страны Центральной Азии, но с учетом динамичности рынка коллекторских услуг они решили консолидировать свою работу внутри республики. Что самое интересное, на такое решение отчасти повлиял и нынешний кризис, затронувший финансовый сектор. Казалось бы, он только на руку коллекторам, ведь растет количество невозвращенных кредитов, и, следовательно, увеличивается объем работы самих специалистов, что в итоге приводит к увеличению прибыли. Но оказалось, что не все так просто.      – С одной стороны, количество должников резко увеличивается, – утверждает управляющий директор БРД, – но если посмотреть на это с точки зрения эффективности взыскания долгов, то ситуация совершенно другая. Наблюдаются снижение платежеспособности населения, высокая инфляция, потеря работы. Многие люди не просто так не выполняют своих обязательств и просят об отсрочке не от хорошей жизни. В массе своей это происходит по вполне объективным причинам. В основном люди готовы были платить по ранее взятым ссудам, но изменившиеся условия не дают им этого сделать. Поэтому получается, что кризис повышает объем невозвратов, а взыскать с неплательщиков деньги практически невозможно.      На сегодняшний день общий объем кредитного портфеля банков второго уровня Казахстана составляет 8 триллионов 900 миллиардов тенге. 25,4 процента этого объема – кредиты физических лиц. По информации АФН, кредиты с просрочкой платежей на 1 июня составили 9,9 процента, увеличившись с начала года на 5,8 процента. Возросли доли «неработающих» кредитов – с 1,5 до 2,5 процента, и кредитов, которые с очень высокой вероятностью могут быть объявлены «неработающими» – с 3,2 до 5,1 процента. Так что, судя по всему, работы у коллекторов в ближайшее время будет непочатый край. В чем же она заключается?            «Утюгами пользуемся только дома»      – Мы не ходим с паяльниками, утюгами, колюще-режущими предметами, заставляя людей гасить долги, – говорит Сергей Ким. – Наша работа совсем иная. Но для начала развенчаю еще один миф о нашей деятельности. В обществе бытует мнение, что наши сотрудники поголовно пришли к нам из правоохранительных органов. Это не так. Не поголовно – у нас таких примерно половина. А что касается работы с должниками, то она заключается в том, что мы пишем письма, звоним по телефонам, ведем личные переговоры с заемщиками. Зачастую люди, не имеющие опыта работы в правоохранительных структурах, показывают лучший результат. Интеллект, креативность, юридическая грамотность – это главное оружие коллектора. При этом он должен обладать чутьем психолога.      Специалисты по взысканию долгов берутся далеко не за все случаи просроченных кредитов. По словам г­на Кима, коллектора отказываются от дел, в которых кредит был получен по украденным или потерянным документам. Тут работать должны правоохранительные органы.      Если же займ взят через посредников, а в последнее время таких случаев множество (когда люди, не уверенные в официальном получении кредита, обращаются к посторонним, помогающим под определенный процент получать ссуду), то коллектора работают лишь с той частью долга, которую брал непосредственно сам заемщик.      Есть и такие случаи, когда мошенники­посредники не только брали отступные за свои услуги, но и обещали, что проценты за кредит будут отчисляться с пенсионных накоплений. Прозрение наступало лишь когда из банка приходило уведомление о просрочке платежа. Но и в этом случае далеко не все граждане проявляют сознательность и начинают выплачивать долг. Так что коллекторам в подобных случаях приходится еще и разъяснять, чем может обернуться в последующем такая задолженность.            Коллектора и банки. Точки соприкосновения      А почему банки предпочитают возвращать долги своих заемщиков не сами, а через коллекторские бюро? Ответ прост. Во­первых, возврат неплатежей довольно затратное дело. Вот что говорит Ажар Рыскулова, управляющий директор по операционным вопросам «Альянс Банка»:      – Практика передачи функций по возврату проблемной задолженности в аутсорсинг принята во всем мире, и наш банк здесь не исключение. Основная причина, по которой мы прибегаем к услугам коллекторских компаний, – снижение издержек на взыскание проблемных долгов в отдаленных регионах республики. Для сравнения: чтобы открыть банковское отделение в каком­либо населенном пункте, нам необходимо зарегистрировать его в Нацбанке, выполнить различные требования по безопасности, то есть понести значительные материальные и временные издержки. В свою очередь, коллекторские компании обладают разветвленной сетью филиалов по всему Казахстану и имеют возможности быстрого ее наращивания. Поэтому коммерческим банкам выгоднее сотрудничать с коллекторскими компаниями, нежели самим увеличивать количество отделений и штат сотрудников.      Во­вторых, работа с неплательщиками – это удар по имиджу банка, который во всех рекламных роликах – белый и пушистый, а тут вдруг проявляет такую несгибаемость и не может войти в положение должника.      – Задача банков – деньги давать и жить на проценты, – говорит Сергей Ким. – Взыскание долгов – не их профиль работы. Банк должен быть привлекательным, добрым. А взыскание – оборотная сторона медали. Финансовые институты занимаются лишь краткосрочными просрочками, которые проще вернуть. Заниматься остальными достается нам.      Коллекторские компании в работе с банками используют две схемы. Первая – это когда проблемные долги выкупаются. Вторая – когда долги берутся в работу по договору об оказании услуг. Соответственно, если долги выкупаются, то они принимаются с определенным дисконтом, а если это услуги, то оговаривается процент, который получают коллектора от взысканной суммы. Здесь кроется главное отличие коллекторской компании от юридической. Последняя берет предоплату и в случае благополучного завершения дела получает дополнительную сумму. А специализирующиеся на возвращении долга компании существуют за счет того, что удалось взыскать. Если ничего не получилось, то им ничего и не достается, несмотря на понесенные при этом затраты.      – В Казахстане мы работаем главным образом на основании договоров об оказании услуг, – рассказывает Сергей Ким. – Кредиторы еще не готовы «продавать» своих должников за ту цену, которая нам была бы интересна. Естественно, что мы хотим получить долги за меньшую сумму, а финансовая организация продать нам их за большую. Рынок этот вопрос пока не отрегулировал – выкупы идут достаточно вяло. Поэтому работаем обычно по второй схеме.            В пограничном состоянии      Правовой базы для работы коллекторов в Казахстане фактически нет. Законодательство даже не предусматривает такого понятия, как «коллекторская деятельность».      - Но, с другой стороны, кто такие коллектора? – задает вопрос управляющий директор БРД и сам же на него отвечает. – Это люди, оказывающие услуги третьим лицам по взысканию задолженности. Вот эта деятельность как общая услуга нашим законодательством зарегулирована. Мы действуем на основании договора об оказании услуг. Эту форму сотрудничества казахстанское законодательство приемлет. Но отдельного закона о коллекторской деятельности нет. А сегодня мы видим острую необходимость в таком законе.      Чтобы добиться признания на законодательном поле, шесть коллекторских компаний с помощью Ассоциации финансистов Казахстана создают свой профессиональный союз. После его регистрации коллектора намерены лоббировать свои интересы на более высоком уровне, в частности добиваться закона о своей деятельности, которая сейчас находится в пограничном состоянии.      - Кроме того, мы хотим получить и больший объем прав, – рассуждает Сергей Ким. – В частности, мы бы хотели получить доступ в кредитное бюро, в ГЦВП, возможно, – к базам центров обслуживания населения и дорожной полиции, а также по недвижимости. Я не говорю о том, что мы просто получаем доступ к этим документам. Я о том, что нам нужна информация в рамках нашей деятельности, когда мы делаем запросы по тем или иным делам. Такой доступ помог бы нам эффективнее выстраивать отношения с должниками. Потому что кого-то можно убедить погасить долг, а кого-то необходимо заставлять это делать, потому что сам он не хочет. А заставлять мы можем только в рамках закона, показывая, к примеру, что отказ от своих обязательств может привести к изъятию транспортного средства или лишению каких­либо других благ.      Рано сбрасывать со счетов и вопрос о пенсионных накоплениях, вернее, возможности изымать их часть в счет погашения долга. В свое время глава АФН Елена Бахмутова категорично заявила, что государство на такие меры не пойдет. Но Сергей Ким с такой категоричностью не согласен.      – В рамках дискуссии, каким путем можно взыскивать долги, этот вопрос имеет право на существование, – считает глава БРД. – И можно порассуждать, стоит это делать или нет. Ведь пенсионные накопления – это все­таки деньги, как и те деньги, которые должник брал в банке. А по долгам, как ни крути, нужно платить.      С последним трудно не согласиться. 11 июль 2008